ЗАБАВНЫЕ ИСТОРИИ ПРО ЮРИСТОВ

ЗАБАВНЫE ИСТОРИИ

Из Практики Адвоката Плевако

*****

Вот какую реальную историю рассказал мне один знакомый юрист.

Был в России, еще в давние времена, знаменитый адвокат Плевако, который выигрывал почти все судебные тяжбы. И вот однажды попало к нему дело по поводу убийства одним мужиком своей бабы. На суд Плевако пришел как обычно, спокойный и уверенный в успехе, причем безо всяких бумаг и шпаргалок. И вот, когда дошла очередь до защиты, Плевако встал и произнес:

— Господа присяжные заседатели!

В зале начал стихать шум. Плевако опять:

— Господа присяжные заседатели!

В зале наступила мертвая тишина. Адвокат снова:

— Господа присяжные заседатели!

В зале прошел небольшой шорох, но речь не начиналась. Опять:

— Господа присяжные заседатели!

Тут в зале прокатился недовольный гул заждавшегося долгожданного зрелища народа. А Плевако снова:

— Господа присяжные заседатели!

Тут уже зал взорвался возмущением, воспринимая все как издевательство над почтенной публикой. А с трибуны снова:

— Господа присяжные заседатели!

Началось что-то невообразимое. Зал ревел вместе с судьей, прокурором и заседателями. И вот наконец Плевако поднял руку, призывая народ успокоиться.

— Ну вот, господа, вы не выдержали и 15 минут моего эксперимента.

А каково было этому несчастному мужику слушать 15 лет несправедливые попреки и раздраженное зудение своей сварливой бабы по каждому ничтожному пустяку?!

Зал оцепенел, потом разразился восхищенными аплодисментами. Мужика оправдали.

*****

В дополнение к истории об известном адвокате Плевако.

Защищает он мужика, которого проститутка обвинила в изнасиловании и пытается по суду получить с него значительную сумму за нанесённую травму.

Обстоятельства дела: истица утверждает, что ответчик завлёк её в гостиничный номер и там изнасиловал.

Мужик же заявляет, что всё было по доброму согласию.

Последнее слово за Плевако.

«Господа присяжные,» — заявляет он.

«Если вы присудите моего подзащитного к штрафу, то прошу из этой суммы вычесть стоимость стирки простынь, которые истица запачкала своими туфлями».

Проститутка вскакивает и кричит:

«Неправда! Туфли я сняла!!!»

В зале хохот. Подзащитный оправдан.

Вот еще одна история из жизни знаменитого адвоката Плевако.

Судили как-то одного попа за какую-то провинность.

У Плевако перед судом поинтересовались, велика ли его защитная речь?

На что он ответил, что вся его речь будет состоять из одной фразы.

И вот, после обвинительной речи прокурора, требовавшего приличного наказания, настала очередь защиты.

Адвокат встал и произнес:

— Господа! Вспомните, сколько грехов отпустил вам батюшка за свою жизнь, так неужели мы теперь не отпустим ему один единственный грех?!!!

Реакция зала была соответствующей. Попа оправдали.

                                                                                           *****

Знаменитый юрист Ф.Н.Плевако, который выиграл почти все процессы, был тонким психологом и всегда играл на слабостях человеческих душ. Одна столбовая дворянка, будучи разорившейся, лишившейся мужа, застрелившегося сына, будучи лишенной своего поместья за долги, жила приживалкой у какой-то барыни, потом снимала комнатку и так как у нее не было чайника, чтобы вскипятить воду, она его украла на рынке. И ее судил коронный суд (как дворянку).

Плевако поспорил с Немировичем-Данченко, что выиграет этот процесс. Прокурор, увидев Плевако, решил: «Ага. Сейчас он будет бить на жалость, на то, что это бедная женщина, потерявшая мужа, разорившаяся… Сыграю-ка и я на этом». Вышел и говорит: «Конечно, женщину жалко, потеряла мужа, сына и т.д., кровью сердце обливается, сам готов пойти вместо нее в тюрьму, но… Господа коронный суд. Дело в принципе, она замахнулась на священную основу нашего общества — частную собственность. Сегодня она украла чайник, а завтра — повозку, а послезавтра еще что-нибудь. Это разрушение основ нашего государства. А поскольку все начинается с маленького и разрастается в огромное, только поэтому прошу ее наказать, иначе это грозит огромными бедствиями нашему государству, разрушением его основ».

Прокурор сорвал аплодисменты. Выходит Плевако на свое место и вдруг развернулся, подошел к окну, долго стоял, смотрел. Зал в напряжении: чего он смотрит? Плевако вышел и сказал: «Уважаемый коронный суд! Сколько бед Россия претерпела: и Батый конями топтал ее, и тевтонские рыцари насиловали матушку-Россию, двунадесять языков во главе с Наполеоном Бонапартием подошли и сожгли Москву. Сколько же бед претерпела Россия, но она каждый раз поднималась, восставала, как феникс, из пепла. И вот теперь новая напасть: женщина украла чайник. Бедная Россия! Что-то теперь с тобой станет?» Зал хохотал. Процесс был сорван, женщину оправдали.

                                                                                   *****

Один русский помещик уступил крестьянам часть своей земли, никак это юридически не оформив. Через много лет он передумал и отобрал землю обратно. Возмущённые крестьяне устроили беспорядки. Их отдали под суд. Жюри присяжных состояло из окрестных помещиков, бунтовщикам грозила каторга. Защищать их взялся знаменитый адвокат Плевако. Весь процесс он молчал, а в конце потребовал наказать крестьян ещё строже. «Зачем?» — не понял судья. Ответ: Чтобы навсегда отучить крестьян верить слову русского дворянина. Часть крестьян была оправдана, остальные получили незначительные наказания.

                                                                                    *****

Великому русскому адвокату Ф. Н. Плевако приписывают частое использование религиозного настроя присяжных заседателей в интересах клиентов. Однажды он, выступая в провинциальном окружном суде, договорился со звонарем местной церкви, что тот начнет благовест к обедне с особой точностью.

Речь знаменитого адвоката продолжалось несколько часов, и в конце Ф. Н. Плевако воскликнул: Если мой подзащитный невиновен, Господь даст о том знамение!

И тут зазвонили колокола. Присяжные заседатели перекрестились.

Совещание длилось несколько минут, и старшина объявил оправдательный вердикт.

                                                                                 *****

Очень известна защита адвокатом Ф.Н.Плевако владелицы небольшой лавчонки, полуграмотной женщины, нарушившей правила о часах торговли и закрывшей торговлю на 20 минут позже, чем было положено, накануне какого-то религиозного праздника. Заседание суда по ее делу было назначено на 10 часов. Суд вышел с опозданием на 10 минут. Все были налицо, кроме защитника — Плевако. Председатель суда распорядился разыскать Плевако. Минут через 10 Плевако, не торопясь, вошел в зал, спокойно уселся на месте защиты и раскрыл портфель. Председатель суда сделал ему замечание за опоздание. Тогда Плевако вытащил часы, посмотрел на них и заявил, что на его часах только пять минут одиннадцатого. Председатель указал ему, что на стенных часах уже 20 минут одиннадцатого. Плевако спросил председателя: — А сколько на ваших часах, ваше превосходительство? Председатель посмотрел и ответил:

— На моих пятнадцать минут одиннадцатого. Плевако обратился к прокурору:

— А на ваших часах, господин прокурор? Прокурор, явно желая причинить защитнику неприятность, с ехидной улыбкой ответил:

— На моих часах уже двадцать пять минут одиннадцатого.

Он не мог знать, какую ловушку подстроил ему Плевако и как сильно он, прокурор, помог защите.

Судебное следствие закончилось очень быстро. Свидетели подтвердили, что подсудимая закрыла лавочку с опозданием на 20 минут. Прокурор просил признать подсудимую виновной. Слово было предоставлено Плевако. Речь длилась две минуты. Он заявил:

— Подсудимая действительно опоздала на 20 минут. Но, господа присяжные заседатели, она женщина старая, малограмотная, в часах плохо разбирается. Мы с вами люди грамотные, интеллигентные. А как у вас обстоит дело с часами? Когда на стенных часах — 20 минут, у господина председателя — 15 минут, а на часах господина прокурора — 25 минут. Конечно, самые верные часы у господина прокурора. Значит, мои часы отставали на 20 минут, и поэтому я на 20 минут опоздал. А я всегда считал свои часы очень точными, ведь они у меня золотые, мозеровские.

Так если господин председатель, по часам прокурора, открыл заседание с опозданием на 15 минут, а защитник явился на 20 минут позже, то как можно требовать, чтобы малограмотная торговка имела лучшие часы и лучше разбиралась во времени, чем мы с прокурором?

Присяжные совещались одну минуту и оправдали подсудимую.

                                                                 *****

Однажды к Плевако попало дело по поводу убийства. Муж на нервной почве отправил на тот свет свою жену. На суд Плевако пришел как обычно, спокойный и уверенный в успехе, причeм безо всяких бумаг и шпаргалок. И вот, когда дошла очередь до защиты, Плевако встал и произнес:

— Господа присяжные заседатели!

В зале начал стихать шум. Плевако опять:

— Господа присяжные заседатели!

В зале наступила мертвая тишина. Адвокат снова:

— Господа присяжные заседатели!

В зале прошел небольшой шорох, но речь не начиналась. Опять:

— Господа присяжные заседатели!

Тут в зале прокатился недовольный гул заждавшегося долгожданного зрелища народа. А Плевако снова:

— Господа присяжные заседатели!

Тут уже зал взорвался возмущеннием, воспринимая все как издевательство над почтенной публикой.

А с трибуны снова:

— Господа присяжные заседатели!

Началось что-то невообразимое. Зал ревел вместе с судьей, прокурором и заседателями. И вот наконец Плевако поднял руку, призывая народ успокоиться.

— Ну вот, господа, вы не выдержали и 15 минут моего эксперимента.

А каково было этому несчастному мужику слушать 15 лет несправедливые попреки и раздраженное зудение своей сварливой бабы по каждому ничтожному пустяку?!

Зал оцепенел, потом разразился восхищенными аплодисментами.

Мужа оправдали.

                                                       *****

Случаи из практики адвоката Кони

На одном судебном процессе адвокатом на котором выступал Анатолий Федорович Кони подсудимому хотели вынести обвинительный приговор на основании того, что в его сумке был обнаружен воровской инструмент, но факта воровства не было. Кони заявил: «Тогда и меня судите за изнасилование», когда суд возмутился: «но ведь факта не было», Кони парировал: «Но инструмент-то имеется»

А. Ф. Кони вспоминал случай из своей практики. Судили двух женщин, обвиняемых в мошенничестве. Они полностью признали свою вину, улик было достаточно. Однако присяжные оправдали их. После процесса старшина присяжных в разговоре с Кони пояснил это решение: «Помилуйте, господин председатель, кабы за это тюрьма была, то мы бы с дорогой душой обвинили, а ведь это каторжные работы!» Когда же старшине пояснили, что подсудимым за совершенное грозило лишь несколько месяцев тюрьмы, то он был крайне изумлен и сожалел о принятом решении.

                                                                           *****

Однажды, путешествуя за границей где-то в Германии или Австрии, А.Ф. Кони ехал в одном дилижансе с русскими, которые, приняв его за иностранца-немца, не стеснялись в выражениях до неприличия. Они издевались над А.Ф. Кони за незнание русского языка и даже обронили фразу, что каждый немец поймет по-русски, если ему сказать: »Бисмарк — свинья». Вообще господа, пользуясь незнанием окружающими русского, явно злоупотребляли терпением как будто их не понимавшего попутчика. Но А.Ф. Кони все это безобразное поведение вынес и, представьте себе, как вытянулись физиономии этих людей, когда, расставаясь с ними, он молча вручил им свою визитную карточку. Это была немая сцена ужаса, порок был примерно наказан.

                                                                      *****

А.Ф. Кони всегда начинал защитительную речь со слов: «А могло быть и хуже!», далее выразительно рассказывал о возможных последствиях, сравнивая их с действиями обвиняемых, естественно, в их пользу, строя на этом приёме оправдательную речь.

Досталось ему защищать группу насильников-извращенцев, надругавшихся над несовершеннолетней девочкой, тело которой долго не могли опознать родственники. Когда прокурор закончил обвинительную речь, а судья предоставил слово защите, зал судебного заседания, вплоть до судьи и судебного пристава замолк, ожидая знаменитых слов Кони. Адвокат как ни в чём не бывало начал речь:

-Уважаемые присутствующие. А ведь могло быть и хуже!

-Ну куда хуже? — не выдержал судья — хуже быть не может!!!!!!!!!!!

-Может!-Парировал адвокат — если бы это была Ваша дочь, господин судья!

                                                                  *****

Как справедливо замечал А.Ф.Кони, адвокат не должен быть слугою своего клиента, его пособником уйти от заслуженной кары правосудия. Уголовный защитник представлялся ему как человек, «…вооруженный знанием и глубокой честностью, умеренный в приемах, бескорыстный в материальном отношении, независимый в убеждениях…

У А.Ф. Кони случился в практике почти курьезный случай: он защищал бедолагу-босса от обвинений его невропатки-секретарши.

— Мадам, — сказал он ей. — Вы когда-нибудь вдевали нитку в иголку?

— Да, конечно.

— А вы пробовали при этом держать только что-то одно, скажем, либо иголку, либо нитку?..

Присяжные, публика попадали со стульев от хохота, и бедняга-начальник был оправдан.

                                                                              *****

Плевако любил защищать женщин. Он вступился за скромную барышню из провинции, приехавшую в консерваторию учиться по классу пианино. Случайно остановилась она в номерах «Черногории» на Цветном бульваре, известном прибежище пороков, сама не зная, куда с вокзала завез ее извозчик. А ночью к ней стали ломиться пьяные гуляки. Когда двери уже затрещали и девушка поняла, чего от нее домогаются, она выбросилась в окно с третьего этажа. К счастью упала в сугроб, но рука оказалась сломана. Погибли розовые мечты о музыкальном образовании.

Прокурор занял в этом процессе глупейшую позицию: — Я не понимаю: чего вы так испугались, кидаясь в окно? Ведь вы, мадемуазель, могли бы разбиться и насмерть!

Его сомнения разрешил разгневанный Плевако.

— Не понимаете? Так я вам объясню, — сказал он. — В сибирской тайге водится зверек горностай, которого природа наградила мехом чистейшей белизны. Когда он спасается от преследования, а на его пути — грязная лужа, горностай предпочитает принять смерть, но не испачкаться в грязи!..

                                                                                       *****

Предоставляем десятку самых богатых адвокатов в мире.

  1. Джо Джемеил, $ 1500000000. Единственный миллиардер среди практикующих юристов, техасец ливанского происхождения заработал львиную долю своего состояния по делу «Pennzoil vs Texaco» в самом гражданском споре в истории США по сумме назначенной судом компенсации ($ 10 млрд).Гонорар самого адвоката составил $ 335 млн. Джемеил известный своим буйным нравом, любовью к спиртному и ненормативной лексикой.
  1. Уильям Лерак, $ 900 млн. Адвокат родом из Огайо сделал карьеру на коллективных исках до крупных корпораций. Наиболее известной его делом стала тяжба инвесторов с энергетической компанией Enron, разоблаченной в применении незаконных схем по сокрытию убытков.Тогда Лерак смог добиться компенсации в размере $ 7120000000. В 2007 году против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в препятствовании отправлению правосудия и дачи заведомо ложных показаний. Лерак был приговорен к двум годам тюрьмы и крупному штрафу. После этого дела он потерял адвокатскую лицензию в Калифорнии, где практиковал.
  1. Билл Ньюком, $ 850 млн. Выпускник Стэнфорда, Ньюком был одним из первых сотрудников компании Microsoft Билла Гейтса и возглавлял ее юридический департамент в течение 25 лет.Лично руководил юристами во время крупнейших процессов по защите интеллектуальной собственности, в частности — против корпорации Apple. Ушел в отставку в 2002 году, чтобы стать партнером в фирме Preston Gates & Ellis. В последние годы работает управленца в бейсбольной команде Giants Сан-Франциско.
  1. Джудит Шейндлин, $ 130 млн. Когда закончила юрфак Джудит работала 2 года юрисконсультом косметической компании, затем прокурором в ювенальной суде. В 1982 году Шейндлин стала судьей и до 1996 года через нее прошли более 20 000 дел. Затем, уйдя в отставку, стала ведущей собственного шоу «Судья Джуди», где разбирает реальные гражданские дела. Участники шоу заранее по договору отказываются от взаимных претензий, а стороне, выигравшей предоставляется компенсация за счет бюджета шоу. В 2012 году Шейндлин признана одной из самых богатых знаменитостей в США. Очевидно, что на сегодня, состояние ее финансовых дел гораздо лучше, чем в 2012 году.
  1. Рой Блэк, $ 65 млн. Партнер фирмы Black, Srebnick, Kornspan & Stumpf, базирующаяся в Майами. Блэк прославился защитой Уильяма Кеннеди Смита, родственника бывшего президента США, которого обвиняли в изнасиловании. Выиграв дело, адвокат установил романтические отношения с одной из присяжных засидательок, которая потом стала его женой. Также представлял в суде консервативного политолога Раша Лимбо, обвиняемого в использовании незаконных лекарств.
  1. Алан Дершовиц, $ 25 млн. Самый молодой профессор права в истории Гарварда. Дершовиц получил эту должность уже в 28 лет. Как адвокат занимался уголовными делами. Сумел добиться оправдания подсудимых в 13 из 15 дел об убийстве, за которые брался. Участвовал в «звездных» делах, включая Об Джей Симпсона и Майка Тайсона. Считается также одним из ведущих публичных интеллектуалов Америки. Главная сфера интересов — арабо-израильский конфликт.
  1. Томас Мезеро, $ 25 млн. Адвокат из Нью-Йорка прославился успешной защитой Майка Тайсона и Майкла Джексона в делах о сексуальных преступлениях.В процессе против Джексона Мезеро изменил раз Марка Герагоса и в результате добился оправдания певца по всем 14 пунктам обвинения. Джексон и Мезеро сохранили теплые отношения до смерти поп-короля.
  1. Роберт Шапиро, $ 25 млн. Клиентами Шапиро, управляющего партнера фирмы Glaser Weil Fink Jacobs Howard Avchen & Shapiro, становятся преимущественно звезды спорта.(Герагосян), $ 25 млн. Американский армянин Герагос представляет в суде преимущественно звезд шоу-бизнеса. Его клиентами в разное время были актриса Вайнона Райдер, брат бывшего президента США Роджер Клинтон, музыканты Крис Браун и Майкл Джексон.Последний в разгар процесса о совращении несовершеннолетнего в 2004 году разорвал контракт с Герагосом, сославшись на высокую занятость юриста. Тот параллельно вел резонансное дело об убийстве.
  1. Глория Оллред, $ 20 млн. Юрист «Allred, Maroko & Goldberg» известная женщина-юрист по делам по защите прав женщин, рабочей дискриминации, сексуальных домогательствах. Ее клиентами были самые Арнольд Шварценеггер, Джей Симпсон, Майкл Джексон, Дода Файеда, Саша Барон Коэн. Кроме этого, Глория любительница делать свои дела гласными для СМИ и считается мастером в ведении пресс-конференции.

                                                                                           *****

Дело Грузинского.

Настоящее дело было рассмотрено Острогожским окружным судом 29- 30 сентября 1883г. Князь Г.И. Грузинский обвинялся в умышленном убийстве бывшего гувернера своих детей, впоследствии управляющего имением жены Грузинского — Э.Ф. Шмидта.

Предварительным следствием было установлено следующее. Э.Ф. Шмидт, приглашенный Грузинским последнего. После того как Грузинский потребовал от жены прекратить всякие отношения в качестве гувернера, очень быстро сближается с женой с гувернером, а его самого уволил, жена заявила о невозможности дальнейшего проживания с Грузинским и потребовала выдела части принадлежащего ей имущества. Поселившись в отведенной ей усадьбе, она пригласила к себе в качестве управляющего Э.Ф. Шмидта. Двое детей Грузинского после раздела некоторое время проживали с матерью в той же усадьбе, где управляющим был Шмидт. Шмидт нередко пользовался этим для мести Грузинскому. Последнему были ограничены возможности для свиданий с детьми, детям о Грузинском рассказывалось много компрометирующего. Будучи вследствие этого постоянно в напряженном нервном состоянии при встречах со Шмидтом и с детьми, Грузинский во время одной из этих встреч убил Шмидта, выстрелив в него несколько раз из пистолета.

Плевако, защищая подсудимого, очень последовательно доказывает отсутствие в его действиях умысла и необходимость их квалификации как совершенных в состоянии умоисступления. Он делает упор на чувства князя в момент совершения преступления, на его отношения с женой, на любовь к детям. Он рассказывает историю князя, о его встрече с «приказчицей из магазина», об отношениях со старой княгиней, о том, как князь заботился о своей жене и детях. Подрастал старший сын, князь его везет в Петербург, в школу. Там он заболевает горячкой. Князь переживает три приступа, во время которых он успевает вернуться в Москву — «Нежно любящему отцу, мужу хочется видеть семью».

«Тут-то князю, еще не покидавшему кровати, пришлось испытать страшное горе. Раз он слышит — больные так чутки — в соседней комнате разговор Шмидта и жены: они, по-видимому, перекоряются; но их ссора так странна: точно свои бранятся, а не чужие, то опять речи мирные…, неудобные… Князь встает, собирает силы…, идет, когда никто его не ожидал, когда думали, что он прикован к кровати… И что же. Милые бранятся — только тешатся: Шмидт и княгиня вместе, нехорошо вместе…

Князь упал в обморок и всю ночь пролежал на полу. Застигнутые разбежались, даже не догадавшись послать помощь больному. Убить врага, уничтожить его князь не мог, он был слаб… Он только принял в открытое сердце несчастье, чтобы никогда с ним не знать разлуки»

Плевако утверждает, что он бы еще не осмелился обвинять княгиню и Шмидта, обрекать их на жертву князя, если бы они уехали, не кичились своей любовью, не оскорбляли его, не вымогали у него деньги, что это «было бы лицемерием слова».

Княгиня живет в ее половине усадьбы. Потом она уезжает, оставляя детей у Шмидта. Князь разгневан: он забирает детей. Но тут происходит непоправимое. «Шмидт, пользуясь тем, что детское белье — в доме княгини, где живет он, с ругательством отвергает требование и шлет ответ, что без 300 руб. залогу не даст князю двух рубашек и двух штанишек для детей. Прихлебатель, наемный любовник становится между отцом и детьми и смеет обзывать его человеком, способным истратить детское белье, заботится о детях и требует с отца 300 руб. залогу. Не только у отца, которому это сказано, — у постороннего, который про это слышит, встают дыбом волосы!» На следующее утро князь увидел детей в измятых рубашонках. «Сжалось сердце у отца. Отвернулся он от этих говорящих глазок и — чего не сделает отцовская любовь — вышел в сени, сел в приготовленный ему для поездки экипаж и поехал… поехал просить у своего соперника, снося позор и унижение, рубашонок для детей своих».

Шмидт же ночью, по показаниям свидетелей, заряжал ружья. При князе был пистолет, но это было привычкой, а не намерением. «Я утверждаю, — говорил Плевако, — что его ждет там засада. Белье, отказ, залог, заряженные орудия большого и малого калибра — все говорит за мою мысль».

Он едет к Шмидту. «Конечно, душа его не могла не возмутиться, когда он завидел гнездо своих врагов и стал к нему приближаться. Вот оно — место, где, в часы его горя и страдания, они — враги его — смеются и радуются его несчастью. Вот оно — логовище, где в жертву животного сластолюбия пройдохи принесены и честь семьи, и честь его, и все интересы его детей. Вот оно — место, где мало того, что отняли у него настоящее, отняли и прошлое счастье, отравляя его подозрениями…

Не дай бог переживать такие минуты!

В таком настроении он едет, подходит к дому, стучится в. дверь.

Его не пускают. Лакей говорит о приказании не принимать.

Князь передает, что ему, кроме белья, ничего не нужно.

Но вместо исполнения его законного требования, вместо, наконец, вежливого отказа, он слышит брань, брань из уст полюбовника своей жены, направленную к нему, не делающему со своей стороны никакого оскорбления.

Вы слышали об этой ругани: «Пусть подлец уходит, не смей стучать, это мой дом! Убирайся, я стрелять буду».

Все существо князя возмутилось. Враг стоял близко и так нагло смеялся. О том, что он вооружен, князь мог знать от домашних, слышавших от Цыбулина. А тому, что он способен на все злое — князь не мог не верить».

Он стреляет. «Но, послушайте, господа, — говорит защитник, — было ли место живое в душе его в эту ужасную минуту». «Справиться с этими чувствами князь не мог. Слишком уж они законны, эти им» «Муж видит человека, готового осквернить чистоту брачного ложа; отец присутствует при сцене соблазна его дочери; первосвященник видит готовящееся кощунство, — и, кроме них, некому спасти право и святыню. В душе их поднимается не порочное чувство злобы, а праведное чувство отмщения и защиты поругаемого права. Оно — законно, оно свято; не поднимись оно, они — презренные люди, сводники, святотатцы!»

Заканчивая свою речь, Федор Никифорович сказал: «О, как бы я был счастлив, если бы, измерив и сравнив своим собственным разумением силу его терпения и борьбу с собой, и силу гнета над ним возмущающих душу картин его семейного несчастья, вы признали, что ему нельзя вменить в вину взводимое обвинение, а защитник его — кругом виноват в недостаточном умении выполнить принятую на себя задачу…»

Присяжные вынесли оправдательный вердикт, признав, что преступление было совершено в состоянии умоисступления.

                                                                                              *****

В исламе правители всегда уважали судей, принимали любой их вердикт, даже если он был против правителей. История знает немало примеров, когда четыре Праведных Халифа и последующие исламские лидеры были замешаны в судебных тяжбах, и судьи, которых они сами же назначали, выносили приговор против них. Случалось, что халиф понимал, что решение будет не в его пользу, и все же настаивали на завершении судебного дела, желая преподнести пример последователям или испытать беспристрастность судей в сложных ситуациях, когда оппонентом правителей был иудей или другой немусульманин.

Не только правители, но и сами судьи прекрасно осознавали возложенную на них ответственность. Они не увиливали от правды, принц перед ними или бедняк, не имело разницы.

Предлагаем обратится к истории.

Правитель Аль-Асхат бин Кайс вошел в зал суда. Судья Шурайх поприветствовал его и предложил сесть рядом. Тут вошел обвинитель, и судья повелел бин Кайсу: «Встань, займи место ответчика и обратись к обвинителю».

Аль-Асхат возразил: «Я буду говорить с ним отсюда».

Тогда Шурайх сказал: «Ты встанешь по своей воле или мне позвать того, кто заставит тебя встать?» После этого Аль-Асхат занял указанное ему место.

                                                                                                *****

Абу Юсуф, один из выдающихся исламских судей, однажды решал дело, когда некий человек заявил, будто во владении халифа находится сад, принадлежащий ему (человеку). На суде Абу Юсуф потребовал от истца доказательств, на что тот ответил: «Халиф незаконно присвоил его, но у меня нет доказательств, поэтому пусть халиф поклянется».

Халиф сказал: «Сад мой. Аль-Махди приобрел его для меня, но у меня нет договора».

Абу Юсуф потребовал халифа трижды произнести клятву, но тот отказался. Таким образом, судья вынес решение в пользу истца.

                                                                                                      ******

Ислам не просто запретил государственным лидерам вмешиваться и влиять на приговор суда, он предоставил гарантии, чтобы суд остался сильным и независимым.

Поскольку судья занимает высокое и серьезное положение в обществе, для него важно сохранять уважение и доверие людей к себе, чтобы не возникало сомнений в справедливости вынесенного им решения. Судья никогда не заслужит высокой оценки народа, если не будет иметь доказательства своей правоты. Он предоставляет это доказательство каждый раз, когда ведет дело беспристрастно, непреклонно добивается правдивого решения. Исламские правоведы подчеркивают это и обсуждают, чего судье следует сторониться. Безусловно, обсуждаемые ими вопросы не являются исчерпывающими, но относятся  лишь к данному случаю.

                                                                                                    *****

Однажды возник спор между халифом Али ибн Абу Талибом и иудеем, который обратился за помощью к судье Шурайху Аль-Кинди. Язид ат-Тайми рассказывал, что однажды Али ибн Аби Талиб нашёл свою утерянную кольчугу у одного иудея. Когда он потребовал её назад, иудей сказал, что это его кольчуга, а затем добавил, что их рассудит исламский судья. После этого они пришли к Шурайху, который, услышав их историю, потребовал от Али двоих свидетелей в качестве доказательства того, что эта кольчуга принадлежит ему. Однако у Али не было свидетелей, кроме его раба и сына. Тогда Шурайх сказал, что свидетельство раба он принимает, а вот свидетельство сына за отца не принимается. Тогда Али согласился с решением судьи оставить кольчугу иудею из-за отсутствия доказательств, после чего удалился. Удивлённый произошедшим, иудей встал и произнёс: «Я свидетельствую, что это – нрав пророков, и что это – религия истины, и что эта кольчуга принадлежит Али! И я свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад – посланник Его!» (Абу Нуайм в книге «аль-Хулья»).

                                                                                         *****

Ещё одна удивительная история о справедливости к немусульманам связана с завоеванием Самарканда. Мусульманский военный генерал Кутайба не дал жителям города возможность выбирать: принять им Ислам, заключить договор с мусульманами или сражаться с ними. Годы спустя жители Самарканда обратились с жалобой к тогдашнему халифу Умару бин Абдуль Азизу. Услышав жалобу, он повелел правителю города немедленно покинуть город и вернуть его местным жителям, а затем предоставить людям возможность выбора. Поражённые таким неожиданным проявлением справедливости, многие жители города приняли Ислам.

                                                                                                     *****

Известны случаи, когда мусульмане, зная о правах немусульманских общин, требовали у правителей их исполнения. Омейядский халиф Валид ибн Язид вынудил обитателей Кипра покинуть свою страну и поселиться в Сирии. Исламские учёные посчитали неприемлемым этот поступок. Они явились к халифу в сопровождении его сына и попросили вернуть жителей Кипра на их родную землю. Халиф дал согласие, за что прославился как один из справедливейших правителей династии Омейядов.

Похожий случай произошёл с правителем Ливана Салихом ибн Али, который изгнал целую деревню за то, что некоторые торговцы отказались заплатить пошлины за товар. Правитель был близким советником халифа, однако это не помешало сирийскому учёному написать письмо с осуждением подобного поступка. Часть письма гласит:

«Как Вы могли наказать всех за ошибку некоторых и дойти до изгнания людей из родных домов?»Этот случай стал весомым аргументом, о котором не стоит забывать. Хадис Пророка (мир ему и благословение) гласит:«Если кто-либо притеснит зиммия (иноверца, живущего в мусульманском государстве) или возложит на него непосильное, я стану выступать против него в Судный день» (Аль-Байхаки).

В хадисе, переданном имамами аль-Бухари и Муслимом, повествуется об Асме бинт Абу Бакре, которая спросила Пророка (мир ему и благословение), может ли она принимать свою мать-немусульманку, которая посетила её в Медине, и быть доброй к ней. Пророк (мир ему и благословение) ответил: «Да».

                                                                                                *******

Аль-Маварди и Абу Давуд сообщали, что сын Абдуллы ибн аз-Зубайра рассказывал, как его отец говорил ему, что до принятия Ислама Абу Бакр развёлся со своей женой Кутайлой, матерью Асмы. И когда между Пророком (мир ему и благословение) и многобожниками-курайшитами наступило перемирие, она навестила свою дочь в Медине и принесла ей серьги и другие подарки. Асма не хотела принимать дары, не спросив Пророка (мир ему и благословение). В ответ на её вопрос Аллах ниспослал данный аят: «Будьте с ними добры и справедливы». По словам аль-Фараа, Всевышний имел в виду тех, кто заключил соглашение с мусульманами не нападать на них и не поддерживать нападающих. Аллах повелел мусульманам, исходя из этого соглашения, быть добрыми и честными по отношению к немусульманам. Необходимо быть справедливым как с друзьями, так и с недругами.

                                                                                              *******

Расовое равноправие.

Билял из рода Джумах, чернокожий раб эфиопского происхождения, был в числе первых, кто стал мусульманами. Он считается одним из первых страдальцев за веру, так как из-за принятия Ислама его стали подвергать невыносимым пыткам. В доисламскую эпоху чернокожие африканцы считались людьми низшего сорта и использовались главным образом для развлечений или рабского труда. Когда Билял принял Ислам, пытки над ним начались с того, что многобожники вытаскивали его в обеденное время из жилища и бросали обнажённого на палящий песок. Абу Бакр ас-Сиддик (да будет доволен им Аллах) пришёл к многобожникам в тот момент, когда они мучили Биляла. Он крикнул: «Неужели вы будете убивать человека только за то, что он говорит: “Мой Господь – Аллах?”». Отдав всё, что требовал Умайя (хозяин Билала), Абу Бакр (да будет доволен им Аллах) освободил Биляла от тяжких мучений.

Когда Посланник Аллаха (мир ему и благословение) и его сподвижники переселились в Медину, была построена мечеть и утверждён призыв к молитве. Кто же удостоится столь величественной чести – ежедневно призывать к пятикратной молитве? Этой чести удостоился сподвижник Билял, который был чернокожим рабом эфиопского происхождения. Сделав такой выбор, Посланник (мир ему и благословение) тем самым в очередной раз показал, что Ислам далёк от предрассудков, ввергающих одних в унижение другими из-за принадлежности к определённому роду, социальному положению, из-за другого цвета кожи.

                                                                                              *****

Эта история произошла в эпоху правления пророка Дауда (мир ему). Две женщины пришли к нему на суд. Их дело заключалось в том, что у одной из них волк унёс сына, и они принялись спорить об оставшемся ребёнке, каждая из них утверждала, что это её ребёнок. Пророк Дауд рассмотрел это дело и, основываясь на тех доказательствах, которые он мог увидеть, сделал вывод, что ребёнок принадлежит старшей из двух женщин, и вынес решение в её пользу.

Когда они вышли от Дауда, то обратились к Сулейману (мир ему), который тоже был пророком Аллаха. Сулейман применил другой способ, посредством которого он хотел узнать, кто же приходится настоящей матерью этому ребёнку. Он повелел своим людям принести ему нож, для того чтобы разрезать мальчика на две части и отдать каждой женщине по полмалыша, чтобы всё было по справедливости. Женщины решили, что Сулейман говорит это серьёзно и что он решительно настроен выполнить данное постановление. В этот момент реакция женщин показала, кто есть кто. Настоящая мать, которой была младшая из двух женщин, взволновалась, услышав такое решение, ведь это значило, что её чадо умрёт. Тогда душа её склонилась к своей оппонентке, потому что с нею её сын остаётся в живых. Она согласилась на это, несмотря на то, что расстаётся с ним и не сможет больше заботиться о нём и воспитывать его. Другая же из них, которую с ребёнком не связывала нить материнства, согласилась с суровым решением Сулеймана.

Так Сулейман выявил, кто является настоящей матерью, и вернул ей ребёнка, несмотря на предыдущее судебное решение.

Конечно же, Сулейман не собирался по-настоящему разрезать мальчика, он хотел лишь испытать женщин, чтобы узнать, кто из них проявит сострадание, и выявить мать ребёнка. После этого экзамена всем стало ясно, чьим сыном был мальчик». Вывод Сулеймана был истиной, его проницательность помогла ему вынести правильный вердикт, потому что он не только основывался на очевидных фактах и обстоятельствах, но и уделял большое внимание косвенным доказательствам и не заметным для многих людей уликам.

                                                                                              *******

Вспоминается история из Курана о том, как жена знатного человека хотела соблазнить пророка Юсуфа (мир ему). Когда пророк Юсуф отверг ее и попытался убежать, она вцепилась в него и порвала на нём рубаху. Когда же именно в этот момент их застал ее муж, она обвинила Юсуфа в том, что якобы он напал на неё с целью домогательства. Один из родственников этой женщины подсказал, как узнать, кто говорит правду, а кто лжёт: он предложил посмотреть на одежду Юсуфа. Стало ясно, что Юсуф невиновен, потому что рубаха у него была порвана сзади. Аллах (Велик Он и Славен) сказал: «Юсуф сказал: “Это она пыталась соблазнить меня”. А свидетель из её семьи сказал: “Если его рубаха разорвана спереди, то она говорит правду, а он лжёт. А если его рубаха разорвана со спины, то она лжёт, а он говорит правду”. Увидев, что его рубаха разорвана со спины, он сказал: “Воистину, всё это – ваши женские козни. Воистину, ваши козни велики!”»

                                                                                               ******

Мусульманские судьи издревле использовали в судебном процессе различные уловки, исследовали косвенные улики и признаки, на которые обращают внимание только особо прозорливые люди, которые смотрят вглубь вещей и видят взаимосвязь между событиями и поступками. Особо известны в этом плане судебные решения таких кадыев, как Али ибн Абу Талиб, Шурейх, Ияс.

Суть истории, как говорят толкователи, заключалась в следующем: овцы одного человека зашли ночью на поле другого и паслись там до тех пор, пока от пашни ничего не осталось.

Мужчины пришли на суд божьего пророка Дауда, и он постановил, что пастух должен отдать своих овец владельцу земли в качестве компенсации за то, что его овцы испортили тому пашню. Когда же они вышли с заседания суда, то встретились с Сулейманом, который был недоволен вынесенным решением. Когда Дауд поинтересовался, какое бы решение вынес его сын, Сулейман сказал, что пастух должен на время передать овец хозяину земли, и пусть тот пользуется всем, что даёт это стадо: молоко, шерсть, приплод – в количестве, равноценном той прибыли, которую он должен был получить от реализации урожая. В это время пастуху следует передать землю, и пусть он заботится о ней до тех пор, пока она не примет прежний вид, какой был до того, как его уничтожили овцы. Когда пашня станет такой же, какой была изначально, он сдаст её владельцу и заберёт своих овец.

                                                                                                ******

Также Ибн Касир в своём известном толковании Корана упоминает, что аль-Хафиз ибн ’Асакир привёл в биографии пророка Сулеймана ибн Дауда длинную историю, которую он передал со слов Ибн Аббаса (да будет им доволен Аллах). Суть истории в том, что четыре чиновника из сынов Исраиля хотели совратить женщину, но она всем им отказала. Озлобившись, они сговорились обвинить её. Придя к пророку Дауду (мир ему), они засвидетельствовали, что она сношается со своей собакой, которую специально надрессировала для этого. Дауд приговорил побить её камнями. Вечером того же дня Сулейман встретился у себя вместе с такими же, как он, парнями. Он воссел, подобно судье, а четверо парней изобразили тех четырёх чиновников, а один из них – женщину. И четверо привели свои свидетельства, что женщина сношается с собакой. Тогда Сулейман разделил их, разведя по разным помещениям, и начал опрашивать по одному. Он спросил первого о том, какого цвета была шерсть у собаки, и тот ответил, что она была чёрной. Сулейман отпустил его и, позвав другого, также задал вопрос о шерсти собаки, и тот ответил, что она была коричневой. Затем он допросил оставшихся; третий из них сказал, что собака была тёмной, а четвёртый, – что она была белой. В завершение Сулейман вынес всем им смертный приговор за клевету на честную женщину.

                                                                                            *****

Справедливые судьи в истории Ислама

Во время правления халифа Абу Бакра, ближайшего сподвижника Пророка (мир ему), второй халиф Омер бин Хаттаб был назначен судьей города Медины. Однако поработав достаточно длительный срок, судья подал халифу прошение об отставке. Удивленный Абу Бакр спросил Умара: «Неужели ты просишь отставку из-за сложности работы?»

«Нет, — ответил Умар. — я убежден, что моя работа не имеет смысла в среде верующих. Ибо каждый из них знает свои права и не требует свыше этого, всякий знает и свои обязанности и не нарушает их. Все они желают друг другу того же, что желают самим себе. Когда кто-либо отсутствует из них, то они ищут его, а если кто-либо заболевает, они навещают его. Когда кто-либо из них бедствует, ему помогают, и если  кто нуждается в чем-либо, они всегда оказывают ему содействие. А когда кого-либо постигает несчастье, то они утешают его. Их религия — наставление, их нрав — это призыв к доброму и удерживание от дурного! В чем же они будут вести между собой тяжбу?»

                                                                                              *****

Во время правления халифа Харуна Рашида (786-809) министр Фадл ибн Раби выступал на суде в качестве свидетеля. Однако судья Абу Юсуф отказался принимать показания министра. Услышав об этом, разгневанный халиф вызвал к себе судью и потребовал немедленных объяснений. Во дворце Харуна Рашида зазвучал уверенный и спокойный голос судьи: «Я слышал как он сказал тебе: я твой раб! Если он сказал правду, то показания раба не принимаются, а если — ложь, то показания лжеца точно также не принимаются в расчет. И если твой министр не придает значение лжи в твоем присутствии, то в моем присутствии, тем паче он будут лгать!» Помолчав немного, халиф отпустил судью.

                                                                                           ******

Однажды османский султан Баязид (1481-1512) предстал в качестве свидетеля пред судьей Константинополя Хамзой аль-Фанари. Однако судья отказался принимать султана в свидетели. Когда оторопевший султан спросил Хамзу о причине отказа, он услышал решительный ответ: «Ты оставляешь коллективную молитву!»

                                                                                           ******

Верховный судья Андалусии (совр. Испания) Мухаммад ибн Башир решал дело, поднятое против министра ибн Фатиса. Выслушав обвинителя и свидетелей и убедившись в достоверности показаний, судья вынес решение не в пользу ибн Фатиса. Раздосадованный министр, решив воспользоваться своим правом, потребовал от судьи ознакомить его со свидетелями. Однако он услышал от Мухаммада ибн Башира твердое нет. Взбешенный отказом судьи, министр подал жалобу на имя халифа Хакама ибн Хишама. Последний отправил судье срочную депешу, в которой порицал его за отказ министру в его праве. Судья отправил ответ, гласящий следующее: «Ибн Фатис не их тех, кого можно ознакомить с теми, кто свидетельствовал против него. Если он даже и не найдет способа отвергнуть их показания, то не постесняется нанести им моральный и материальный ущерб (для этого у него найдутся средства), что приведет к  тому, что они (и все, кто сделают соответствующие выводы)  перестанут давать показания. Тогда уже будут попраны права людей». Прочитав ответ, халиф признал правоту судьи.

                                                                                               ******

Халиф Умар Абд аль-Азиз (717-720) отправил письмо Ади ибн Артаа, наместнику Ирака, в котором просил назначать судьей Басры либо Ияяса ибн Муавия, либо — Касима ибн Рабиа. Когда наместник собрал обоих для совещания, первым заговорил Ияяс: «Правитель, спроси обо мне и Касиме ученых Басры — Хасана аль-Басри, и Мухаммада ибн Сирина». Дело было в том, что упомянутые ученые знали только Касима, который у них обучался. Естественно, они порекомендовали бы Касима —  того, о ком у них есть полное представление. Тем самым Ияяс, как глубоко верующий человек, хотел уйти от ответственности судебной работы. Поняв уловку Ияяса, Касим горячо заговорил: «Не спрашивай их ни о нем, и ни обо мне. Клянусь Аллахом, кроме которого нет иного божества, Ияяс более сведущ в вопросах суда и права. Если я лгу, то ты не имеешь права назначать лжеца на это место, а если говорю правду, то обязан согласиться с моими словами». Наместник Ирака перевел взгляд на Ияяса и тот промолвил: «Ты захотел поставить этого человека на край ада, а он спас себя, дав ложную клятву, за которую попросит прощения у Аллаха. Зато он спас себя от того, чего опасался». Изумленный наместник, перевел дух от удивления и подытожил: «Итак, Ияяс, как я понял, судьей будешь ты».

                                                                                                 ******

Судья  Акиба ибн Язид потребовал от халифа аль-Махди (775-785) освободить его от занимаемой должности. Предположив, что кто-то из наместников халифата не подчинился решению судьи, халиф сказал: «Если кто-то противодействует тебе, мы осудим его» «Нет, — ответил судья. — произошло нечто другое.

Месяц назад ко мне поступила тяжба. У каждой из противных сторон были свои доказательства и показания свидетелей. Дело требовало дополнительного расследования и размышлений и потому я отпустил тяжущихся, не вынеся решения. К тому же я надеялся, что они смогут помириться. В это время один из тяжущихся узнал мою слабость — свежие финики. Он собрал самые отборные финики, каких я еще не видел в жизни, причем в таком количестве (это было время раннего урожая), в котором не доставляют даже повелителю правоверных. Мой привратник, которого он подкупил, преподнес мне этот соблазнительный дар. Однако я крепко отругал его и приказал тот час же вернуть обратно дары просителю. Но когда же наступил день суда, к своему ужасу, я обнаружил, что в моих глазах и в моем сердце тяжущиеся уже не равны. Тот даритель стал выше в моих глазах, хотя я и не принял его подарок!

Что же бы произошло со мной, если бы я принял дар? У меня нет гарантии, что я в следующий раз не попадусь на удочку, что нанесет ущерб моей вере и погубит меня. Люди испортились. Сними с меня это бремя, о повелитель правоверных. Да простит тебя Аллах».  Халиф освободил судью от занимаемой должности.

                                                                                            ******

Как-то халиф Умар аль-Хаттаб (634-644) купил коня. Однако проехав небольшое расстояния, халиф заметил, что конь не в состоянии скакать галопом. Причиной тому было небольшое повреждение, которое халиф Умар обнаружил на теле скакуна. Не мешкая Умар, вернувшись к хозяину, потребовал вернуть деньги и забрать коня. Но хозяин наотрез отказался возвращать деньги, мотивируя свой отказ тем, что он продал халифу совершенно здорового коня.  Тогда халиф предложил ему выбрать любого человека в качестве судьи и тот остановил свой выбор на одном из известных мединских ученых — Шурайхе ибн Харисе. Умар согласился. Диалог между халифом и Шурайхом был недолгим.

-Ты купил здорового коня, повелитель правоверных?

-Да.

-Тогда оставь у себя коня, которого ты приобрел или верни его в том состоянии, в котором изначально купил.

Восхищенный Умар воскликнул: «Не правда ли, что таким должен быть суд —  слово истины и справедливость!» После этого случая халиф назначил Шурайха судьей Куфы, где он оставался на этой должности в течении шестидесяти лет — до конца своей жизни.

                                                                                                ******

Ияс ибну Муавият был праведным, богобоязненным судьёй, который решил много сложных дел своими удивительными методами и глубоким умом, этим и прославился. Вот один из таких случаев. Однажды обманутый пришёл жаловаться на одного из торговцев, говоря: “О мой господин, Судья, мне пришлось оставить на хранение своё имущество у этого человека (указывая на купца) из-за поездки, предстоявшей мне. Когда же я вернулся, он стал отрицать, что взял у меня деньги. Посмотри, пожалуйста, как ты видишь мою ситуацию?” Поскольку ни один спорный вопрос нельзя решить, не выслушав обе стороны, к судье пригласили и купца.

Ияс кади сказал, обращаясь к жалующемуся: “Где вы оба находились, когда ты давал ему деньги?” Жалующийся отвечал: “Мы находились возле дерева, что на этой пустыне (вблизи их города была пустыня)”. Ияс кади спросил купца: “Правдивы ли его слова?” Тот отвечал: “Нет, о мой господин судья! Я не брал у него денег! И в жизни своей не видел того дерева, о котором он говорит!” Тогда Ияс кади сказал жалующемуся: “Отправляйся к тому дереву, возможно, Аллах покажет тебе, где твоё имущество! Ведь твои слова могут оказаться правдивыми… А может, ты закопал своё имущество возле дерева и позабыл об этом”.

Жалующийся вышел, а Ияс кади сказал купцу: “Садись, пока не вернётся твой «друг», возможно, он вернётся со своим имуществом, и тогда я запишу, что ты был несправедливо обвинён”. Купец сел в ожидании спорщика. Ияс кади взялся решать дела других людей, сделав вид, что он позабыл о деле купца и его спорщике. Так прошло некоторое время. Неожиданно повернувшись к купцу, Ияс кади задал вопрос: “Как ты думаешь, твой спорщик к этому моменту дошёл до того дерева?” А купец ответил: “Нет, откуда?! Оно далеко!” И тогда Ияс кади воскликнул: “О враг Аллаха! Ты лжец! А твой спорщик дал к тебе своё имущество на хранение возле того самого дерева!” Взволнованный купец сказал: “Да, всё было именно так! Я согрешил! Но, тем не менее, сохрани мою тайну, и Аллах сохранит тебя!” Тогда Ияс кади приказал стражникам схватить лживого купца, запереть его в узницу и не выпускать, затем принялся за другие судейские дела. Через долгое время вернулся жалующийся угнетённым и усталым. Ияс кади спросил его: “Не нашёл ли ты своё имущество?” Он отвечал: “Нет, о мой господин. Я пошёл к тому самому дереву и вспомнил, что отдавал своё имущество именно этому купцу, и нет у меня сомнений в этом!” И тогда Ияс кади сказал: “Ты прав, тот купец признался в том, что взял у тебя деньги, так забери же у него своё имущество”. Купец вернул чужое имущество и понёс заслуженное наказание за свою ложь и вероломство. Ияс кади прославился своим умом и умением правильно рассудить и решать самые сложные судебные дела. Он умер в 122 году по хиджре. Эта история приводится в книге Ибн Касира «Бидают ва нихаят», 9 том, стр. 336.